Свидетельства событий на Болотной от двух участников происходящего – газета “Площадь Мира” (Дубна)

“Мы когда уже в кутузке обсуждали, почему случился этот прорыв (я-то сам не всё видел), один товарищ из Тулы сказал, что видел провокаторов, которые его начали. (Позже один из полицейских, участвовавший в ликвидации прорыва, инкогнито признался, что когда они потащили в автозак одного слишком активного демонстранта, тот предъявил им служебное удостоверение сотрудника “органов”, и они его отпустили.”

Два участника “Марша миллионов” из города Дубны, находившиеся в эпицентре событий, в деталях обсуждают провокацию, которая привела к появлению уголовного дела.

НАКАНУНЕ

Сегодня мы познакомим вас со свидетельствами непосредственных участников событий 6 мая на Болотной площади в Москве. Делятся фактами и впечатлениями Сергей ПОПОВ и Юрий КУЗНЕЦОВ, которые в составе небольшой дубнинской делегации из десяти человек ездили на эту акцию. Беседу от имени ПМ ведёт Сергей Попов.

С.П. Юра, давай начнём с того, кто ты по профессии.

Ю.К. Я занимаюсь ремонтом квартир, но не привязан к какому-то месту или времени, работа позволяет.

С.П. То есть, ты не имеешь отношения к так называемому креативному классу, который, как считают некоторые, и ходит на митинги, ты зарабатываешь своими руками, ногами и головой?

Ю.К. Да, конечно.

С.П. Давай начнём с того, как ты узнал об акции и почему пошёл на неё.

Ю.К. Мы с тобой вместе были на митинге на Арбате 10 марта, и там Сергей Удальцов сказал, что надо в начале мая устроить большой митинг, тогда же я впервые услышал его название – “Марш миллионов”. Потом на его сайте увидел призыв собраться 6 мая, так как власти опять нас обманули, обещали перемены, но обещаний не сдержали. (Видимо, имелись в виду обещания прямых выборов губернаторов и упрощение регистрации партий. И то и другое было исполнено Думой и Кремлём в извращённой форме: фактически непроходные фильтры для всех, кто не с “Единой Россией”, и запрет на создание политических блоков на выборах. – Прим. С.П.)

С.П. А какие побудительные мотивы были у тебя, чтобы идти на этот митинг?

Ю.К. Да всё те же самые: власть находится не в тех руках, думские и президентские выборы были сфальсифицированы. Ты читал статью Сергея Пархоменко на “Эхе”? Называется, кажется, “Волшебная химия президентства”. Он там, не раскрывая имени своего информатора, говорит, что по Москве приписки составили 17%. И это при том, что Путин в столице не набрал 50%.

С.П. Ну, Москва Путина явно не любит, особенно это было заметно на инаугурации. Тут я забегаю вперед, но ведь на улицах – что до, что во время, что после – не было ни одного человека, который выражал бы радость по поводу вступления Путина в должность, – ни одного! Не было плакатов типа “Путин – наш президент!”, вообще выражения хоть какой-то радости по этому поводу. Зато тех, кто против, было очень много, десятки тысяч накануне вышли “против” и ни одного – “за”.

Ю.К. Да, так и было. А ты смотрел инаугурацию Олланда? Там совсем другое дело.

С.П. Смотрел. Но нас лучше с Америкой, как с вечным соперником, сравнивать: там на инаугурацию Обамы сотни тысяч пришли, и он давал клятву перед всем народом, а не перед телекамерами и кучкой избранных.

Ю.К. Ну, да, Путин много бы мог узнать о себе нового и интересного из того, чего ещё не знает…

С.П. Давай вернёмся к главной теме: 6 мая, Болотная.

Ю.К. Ну, я понял, что дома уже не отсидеться, надо ехать. Причём подвёл жену и друзей – мы на шашлыки собирались. Жена спросила, когда я вернусь, и предложила купить билет “туда-обратно” (я в Долгопрудном сейчас живу). Я пообещал, что вернусь после митинга, но внутренне был, видимо, готов к чему-то другому и обратный билет не стал покупать. И оказался прав.

С.П. В общем, деньги не пропали (Юрий Кузнецов был задержан ОМОНом, но об этом позже. – Прим. С.П.).

Ю.К. Деньги не пропали.

С.П. Помнится, на митинг было заявлено 5 тысяч человек.

Ю.К. А ты верил, что будет 5 тысяч?

С.П. Я думал, что будет тысяч 10, не меньше, а окончательное решение, что поеду, принял тогда, когда узнал, что в регионах задерживают людей, которые собирались на марш. Что за ними следят, что их перехватывают по дороге, что кажется в Уфе…

Ю.К. Да, в Уфе под предлогом угрозы теракта всех эвакуировали с железнодорожного вокзала, чтобы задержать 10 человек, собиравшихся на марш: якобы они кого-то избили…

С.П.Из Тулы, из Твери отменили дневные электрички, чтобы никто не приехал.

Ю.К. Я, когда стоял перед рамками, разговорился с женщиной, которая сказала, что конечные станции метро, такие, как “Медведково”, например, были некоторое время закрыты. Наверняка это было сделано для того, чтобы люди с окраин не смогли попасть в центр.

С.П. В Питере из 7 заказанных автобусов смогли уехать только 2: у двух водителей ГИБДД отобрала документы, остальные завернули бизнесмены-владельцы, на них просто надавили: “хотите здесь работать – забирайте автобусы”, и они решили не рисковать. Были случаи, когда с машин ночью снимали номера, прокалывали шины, а активистам били стёкла в домах.

Ю.К. А всё равно люди приехали, несмотря ни на что, хотя их могло быть и больше…

(Сейчас становится ясно, что масштабная операция по срыву митинга была спланирована властями заранее: никогда ранее тех, кто собирался на митинг в Москву, не преследовали так настойчиво. К тому же, без указаний сверху нельзя отменить электрички или закрыть метро. Но это была только часть плана, вторая разворачивалась на наших глазах. – Прим. С.П.)

С.П. Когда мы своей небольшой группой из 6 человек, тех, кто ехал из города электричкой, вышли из метро, к нам присоединились ещё трое дубнинцев. (Возглавлял нас Марк Ширченко. – Прим. С.П.)

Ю.К. …Я уже, видимо, прошёл.

С.П. Поначалу казалось, что народу немного, но чем ближе мы приближались к рамкам, тем плотнее становилась толпа, а у самих рамок движение застопорилось, и люди кричали полиции: “Пропускай! Пропускай!”. Полиция явно тянула время, и тут случился занимательный эпизод с “нашистами”.

Ю.К. Да, видел на видео…

С.П.Четыре молодых человека – надеюсь, им хорошо заплатили – набрались смелости и в этой толпе подняли две человеческие фигуры из фанеры, на которых было написано “Фанерная оппозиция”…

Ю.К. Кажется, там было написано “Фанерный оппозиционер №1 000 000”.

С.П. Может быть, мне сбоку не очень видно было. Сначала с ними в довольно нелицеприятной форме пытались говорить, потом начали кидать керамзитовые камешки с окрестных клумб, потом поливать водой из бутылок. Когда напряжение достигло предела и казалось, что их сейчас просто начнут лупить, “нашистов” спас наш товарищ, наш “кормилец”, который всегда с собой возит печенье и термосы с кофе и чаем, Серёжа Сеннер: он пробил в толпе коридор, убеждая людей, что “нашистов” надо выпустить, а бить их не надо. И они, мокрые и злые, выскользнули, а толпа тут же фигуры разломала.

Ю.К. Я, когда прошёл рамки, оказался в колонне, которую постоянно тормозили, стоять приходилось по полчаса. Поднимался на цыпочки, смотрел – народ ещё до Малого каменного моста, на Якиманке, тормозили полицейские “пазики”. И так было постоянно: пройдешь несколько метров – стоишь, потом ещё – и опять стоишь. Там же я увидел и тех, кто, скорее всего, и был провокатором, – молодые ребята, в капюшонах, накаченные. Они держались особняком, и когда вся толпа кричала “Россия без Путина!” и другие речёвки, они молчали.

С.П.А как тебе люди, которые пришли на митинг?

Ю.К. Очень разные были. Националисты из Воронежа, целая колонна студентов МГУ, “Солидарность”, “Левый фронт”, “Справедливая Россия”, КПРФ – все с флагами.

С.П. А меня поразило большое количество интеллигенции. Те, кто шёл в составе колонн разных партий и движений, практически растворялись в этой среде, ведь многие, как и наша группа, приехали самостоятельно. У нас, правда, был небольшой плакат, где синим (на Волге ведь живём) по белому написано: “Дубна. Наши проценты не за этого президента”.

Ю.К. Да, согласен. Многие с детьми были, даже с колясками, много пожилых людей.

С.П. Я вообще видел семью в составе дети-родители-деды. Много было известных личностей: актёров, журналистов, музыкантов, телеведущих. Как оказалось, мы попали в середину первой колонны и с ней дошли до сцены, стоявшей на Болотной площади, а когда оглянулись и посмотрели назад, то увидели просто огромное количество людей, шедших за нами: вдоль сквера на площади, на другом берегу водоотводного канала и дальше, мимо “Ударника”, по Малому каменному мосту. Хвост колонны, как мы поняли, начинался от метро “Октябрьская”, а это километра 2,5 – 3.

Дальше события развивались так. Мы дошли до сцены, там какой-то ведущий – нам поверх голов не видно было – объявил, что основных ораторов ещё нет, поэтому давайте мы вас развлечём пока группой “Рабфак”. Народу было немного, но уже больше, чем заявлено – тысяч 8. “Рабфак” спел три песни, потом вышел какой-то депутат из Вологды и рассказал, какие препятствия чинились тем, кто собирался ехать в Москву на митинг. А потом кто-то со сцены сказал, что Навальный и Удальцов объявили сидячую забастовку из-за того, что людей (а это тысяч 50 – 70. – Прим. С.П.) не пропускают на Болотную, и предложил колонне развернуться и идти им на помощь. Мы развернулись и пошли в обратную сторону. И вот тут как раз начался прорыв (прорыв в цепи полицейских, которая оставила слишком узкий проход для такой массы людей, нарушая тем самым договорённости. – Прим. С.П.).

Ю.К. Потом “Первый канал” обвинял в этом организаторов: якобы то, что люди развернулись и пошли в обратную сторону, и создало давку.

(Здесь стоит сказать, что и по периметру сквера, который прилегает к Болотной, стояли заграждения и цепь полиции и солдат-срочников дивизии ВВ. Я потом, разбираясь в произошедшем, зашёл на сайт МВД и увидел на карте, что ни заграждений, ни тем более солдат и полицейских по соглашению с организаторами митинга там не должно было быть, эта площадь, которая как минимум в 2 раза превосходила Болотную, предназначалась для участников марша. Не было на этой карте и второго ряда рамок-детекторов. Вдоль всего пути следования колонны все проходы во дворы и прилегающие улицы были перекрыты полицейскими, никого не впускали (что логично), но и не выпускали, в том числе тех, кто там живёт (что дико). На моих глазах бабушку лет 70 два часа не пускали через строй, она жила напротив сквера и в колонну попала случайно, возвращаясь домой. Никакие уговоры (её и наши), никакие переговоры нижних чинов по рации с вышестоящим начальством не возымели действия: никого не выпущать, и всё. – Прим. С.П.)

С.П. Ты же в прорыв попал?

Ю.К. Да я просто туда вошёл, между первой цепью и той, которая стояла в 100 – 200 метрах от первой (она закрывала проход на Большой каменный мост. – Прим. С.П.)

С.П. Просто вошёл?!

Ю.К. Да.

С.П. А, по твоему разумению, почему произошёл этот прорыв? Ведь это самое главное обвинение со стороны власти.

Ю.К. Вот смотри. Вы уже были на Болотной, а я ещё у “Ударника”, перед цепью, где было очень тесно. Я спросил Удальцова, а он был от меня, как вот ты сейчас, почему надо делать сидячую забастовку. Он ответил, что Болотная переполнена и что нам не дают провести митинг, поэтому он предлагает всем сесть, устроить сидячую забастовку. Я с ними немножко посидел, позвонил вам и начал пробиваться, не без труда, в вашу сторону, потом встретил Марка и вас, и мы начали обсуждать, что делать дальше: было понятно, что митинг срывается. И тут начался прорыв.

С.П. Я был метрах в 10 от этого места.

Ю.К. Я в него вошёл, а у полицейских в этот момент был какой-то элемент растерянности, но к ним начало прибывать хорошо экипированное подкрепление. Они начали рассекать на группы тех, кто попал в прорыв, вырывать из них людей и тащить к автозакам. Кого-то они при этом били, кого-то волокли по асфальту. Я же стоял, стараясь не попасть в эту кутерьму, в одной руке у меня был пиджак, в другой – бутылка кваса.

С.П. А ты обратил внимание на то, что цепь полицейских была в два ряда: в первой стояли срочники в обычной форме, а за ними – “космонавты” в полной экипировке?

Ю.К. Ну, это было специально сделано, чтобы подставить солдат под удар, чтобы они обозлились на толпу. (На некоторых видео в Интернете хорошо видно, что отдельные “космонавты” во время прорыва держат срочников сзади за шиворот, прикрываясь ими. – С.П.)

Ю.К. Мы когда уже в кутузке обсуждали, почему случился этот прорыв (я-то сам не всё видел), один товарищ из Тулы сказал, что видел провокаторов, которые его начали. (Позже один из полицейских, участвовавший в ликвидации прорыва, инкогнито признался, что когда они потащили в автозак одного слишком активного демонстранта, тот предъявил им служебное удостоверение сотрудника “органов”, и они его отпустили.

Я сам в тот же вечер наблюдал, как какой-то милицейский чин отчитывал нескольких коротко стриженных парней в штатском, вынырнувших из толпы, уходящей с Болотной: “Я тебе куда говорил идти, за кем? А ты чего?” На мне не было белой ленточки, да и вообще я, видимо, не очень похож на оппозиционера в силу возраста. Просто я стоял невдалеке и курил.– Прим. С.П.)

С.П. А у меня немного другая версия. Ведь у полицейских какая задача была? Сорвать митинг. То есть люди этим прорывом как бы выразили свой протест против нарушения достигнутых договорённостей о месте и формате проведения митинга. Об этом говорят и Навальный, и Удальцов.

Ю.К. …Они специально создали “бутылочное горлышко”, и в людях, пока они стояли в этой толкучке, накапливалась негативная энергия: мы пришли на митинг, а вы нам тут…

С.П. Ещё не забывай о том, что, когда Удальцов, Навальный и ещё несколько десятков человек сели на землю, их через некоторое время полицейские стали растаскивать, задерживать – вот после этого и начался прорыв. Это была реакция на то, что сдавили, что начали забирать, и просто желание из этой давки выскочить. И потом, сколько там человек прорывалось, смешно – 150 – 200. Что это по сравнению с теми 50 – 100 тысячами (по разным оценкам), которые туда пришли? И что, эти 150 человек побежали на Кремль?

Ю.К. Да, смешно: там, в прорыве, половина – девочки, женщины, даже дети и люди пожилого возраста. Как они могут захватить Кремль, чего так испугалась власть?

С.П. Те, которые прорвались, практически тут же вернулись. (Цепь быстро прорвали в обратную сторону, и те, кто успел, смешались с общей массой, среди них было и двое наших, дубнинских. – Прим. С.П.)

Ю.К. Вернулись, но не все.

С.П. Ну, вот ты в этот момент попал, да?

Ю.К. Я оказался за спиной у полицейских, цепь быстро сомкнулась. Тут какой-то полицейский стал толкать меня в спину, я ему говорю: “Не надо меня толкать, видите, я стою спокойно, сопротивления не оказываю”. Он мне в ответ: “Давай-давай, за оцепление выходим!”. Я про себя думаю: интересное кино, он толкает меня на оцепление, я сейчас в них врежусь, а они меня тут же свинтят и ещё скажут, что я на них напал. Он перестал меня толкать, я отошёл в сторону, стою. Вдруг налетают те полицейские, которые стояли вдоль Большого каменного, и кого-то там дубинкой, кого-то кулаками, кого-то валят и тащат к автозакам. Ну, мне в автозак-то не очень хочется, стою себе спокойно в сторонке. Вдруг нарисовались какие-то “двое из ларца”, заломили мне руки за спину и – “Тащим этого!” – поволокли в автозак.

С.П. Не представляясь, ничего не объясняя?

Ю.К. Вообще ничего. В рапорте было написано: “Проигнорировал многочисленные законные требования сотрудников полиции”. Никаких требований я не слышал.

С.П. Ты был просто одним из многих, кто подвернулся, кого удобно было взять, и тебя никто не защищал.

Ю.К. Да, меня никто не защищал. Там было много людей, которые отбивали тех, кого полиция пыталась задержать, но со мной такого не было.

С.П. Что было дальше, ты не видел?

Ю.К. Ну откуда я мог видеть, я уже в автозаке сидел, причём не в “пазике”, а в КамАЗе с кунгом, в котором не было ни одного окна, только люк наверху и решётка посередине. Всего в двух половинках набралось 24 человека, день стоял жаркий, и было очень душно.

Подготовил Сергей Попов
Газета “Площадь Мира” (Дубна) №25, 20.06.2012.

Оригинал статьи: http://press.dubna-info.ru/archive_full.php?nid=8146