Судья Замоскворецкого суда Москвы Наталия Никишина намерена перейти на ежедневный режим слушаний по «делу двенадцати», сообщает адвокат Дмитрий Аграновский. Все подсудимые и их защита выступили категорически против этого.
«Пятидневная неделя означает, что через пару недель подсудимые, адвокаты, да и прокуроры настолько вымотаются, что процесс остановиться вообще, — пишет Аграновский. — Я просто не могу понять — ну уморят власти кого-то из «болотников», ну будет это страшно, но кому легче-то станет? Какие госзадачи решатся?»
Адвокат напомнил, что во вторник у его подзащитного 22-летнего Ярослава Белоусова из-за переутомления был приступ вегето-сосудистой дистонии. Прибывшие на скорой медики зафиксировали у него сильный скачок давления и замедленность речи.
Аграновский заявил РАПСИ, что если заседания должны проходить во все рабочие дни без остановки, он намерен обжаловать его «везде, насколько бумаги хватит». В настоящее время суд заседает три дня в неделю.
23 августа заместитель председателя Мосгорсуда Дмитрий Фомин заявил, что суд не может изменить условия конвоирования и содержания под стражей во время заседаний обвиняемых по «делу двенадцати». Об этом говорится в его ответе главе президентского совета по правам человека Михаилу Федотову. Нахождение в стеклянной клетке-аквариуме не является избыточной мерой, так как обеспечивает изоляцию от общества, говорится в письме. По словам Фомина, зал заседаний оборудован вместительными застекленными помещениями, что не противоречит Конвенции о правах человека.
25 июля Федотов обратился с письмом к председателю Мосгорсуда Ольге Егоровой с просьбой улучшить условия содержания подсудимых. СПЧ при содействии членов Общественной наблюдательной комиссии изучил ситуацию с соблюдением прав человека в отношении десяти содержащихся под стражей подсудимых по делу. «В результате было установлено, что в отношении данных граждан допускаются систематические нарушениях их прав», — говорилось в документе.
Спецтранспорт для доставки в суд, как правило, переполнен. В зале суда отведенное для подсудимых застекленное пространство слишком тесное. В нем невозможно пользоваться документами и юридической литературой
Кроме того, отмечается, что на сон у подсудимых остается менее шести часов в сутки, в дни проведения судебных заседаний горячее питание им не предоставляется. «Подсудимые, в связи с указанными выше обстоятельствами, лишены возможности сосредоточиться, не могут полноценно подготовиться к процессу», — говорится в письме.
Ранее в тот же день с аналогичным письмом к Егоровой обратился уполномоченный по правам человека в России Владимир Лукин. Он предложил перевести подсудимых на трибуну для присяжных, где они смогли бы находиться вместе со своими защитниками. «Полагаю, что обмен местами стороны обвинения и стороны защиты вполне возможен, поскольку их расположение не закреплено нормативно-правовыми актами», — написал Лукин.
23 июля заседания суда перенесли в новое помещение, рассчитанное на слушание «резонансных дел». Помещение находится в апелляционном корпусе Мосгорсуда. В этом зале две «клетки» для подсудимых большего размера, чем в первом помещении.
Фигуранты дела, их адвокаты и общественные правозащитники неоднократно отмечали, что в зале Мосгорсуда обвиняемые содержатся в условиях, близких к пыточным. Их помещали в застекленный отсек, с лавками без спинок, плохой вентиляцией и ограниченной возможностью общения с защитой. Судья Никишина в ходе заседаний неоднократно называла отсек «клеткой». При этом она неизменно отклоняла ходатайства защиты о выводе подсудимых из застекленного отсека и размещении их в зале.
В интернете идет сбор подписей под петицией с требованием прекратить пытки «болотных узников»
В конце июня Развозжаеву и 